Аля, Кляксич, буква «А» и другие - Ирина Петровна Токмакова

Вскоре тропинка вывела их на опушку. На опушке стоял зелёный домик с красной черепичной крышей. По стене вился дикий виноград. Семёрка в саду возилась на клубничных грядках.

Увидев их, она тотчас оставила свою работу и бросилась к ним навстречу.

– Входите, входите, гости дорогие! – затараторила она. – Проходите на террасу, садитесь, я сейчас c погреба холодненького молочка принесу.

– Да не надо, Семьпятниц, мы на минуточку, только узнать… – попытался остановить её Плюс.

Но Семёрка уже убежала. Але странным показалось, что Плюс назвал её Семьпятниц. Она не успела спросить его почему, как Семёрка тут же вернулась, но никакого молока не принесла.

– Я передумала. Что я вас держу на террасе, заходите в дом, располагайтесь, я сейчас самоварчик поставлю и угощу вас чайком. Заварю душистого, крепкого.

– Погоди, – сказала Пятёрка. – Ты скажи нам только, не приходил ли сюда…

Но Семёрка была уже далеко и не слышала.

– Почему вы зовёте её Семьпятниц? – спросила Аля.

– Я думаю, ты сама скоро поймёшь, – улыбнулась Пятёрка.

Тут опять вбежала Семёрка.

– Я передумала! – закричала она. – Зачем это пить чай в духоте, в комнате, когда такая чудесная погода. От самовара будет только жарко, и никакого удовольствия никто не получит. Мы устроим пикник в саду под яблоней.

И Семёрка опять умчалась.

– Пошли дружочки мои, – сказала Пятёрка. – У меня родилась мысль и даже целых две. Первая – если бы Минус с Антоном сюда пришли, то они бы не выбрались отсюда так быстро: Семёрка всё бы меняла и меняла свои решения, а они бы ждали. И мы бы их тут непременно застали. А вторая – раз их тут и не было, значит, нам надо скорее уходить и искать Антона, потому что твой братец Минус – знаешь ведь, Плюс, – может и какую-нибудь каверзу подстроить.

Когда они спустились с крылечка и уже подходили к калитке, к ним подбежала Семёрка и воскликнула:

– Знаете, я передумала…

– До свидания. Мы тоже передумали, Семьпятниц, – сказала Пятёрка.

– Ну что же вы, я хотела угостить вас мороженым на скамеечке под липами!

– Как-нибудь в другой раз! – махнул рукой Плюс.

«У неё семь пятниц на неделе, – подумала Аля. – Так вот почему её так зовут».

Они решили ещё раз пойти на берег четвёртого ручья. Может быть, Антон туда уже сам вернулся.

В обратный путь они двинулись по той же песчаной тропинке, и когда она вела по густому ельнику, Плюс опять остановился и стал прислушиваться.

– Гогочут, – сказал он. – И крыльями машут. Что-то неладно. Постойте здесь. Я посмотрю – и тут же назад.

И Плюс мгновенно скрылся в еловой чаще.

Глава восьмая

А было так. Когда Антон вернулся от Четвёрки и не нашёл Алю на берегу, он ужасно встревожился.

– Аля! Аль! Где ты? – позвал он.

Но никто ему не ответил. Вдруг, непонятно откуда, перед ним возник Минус.

– Здравствуйте, – сказал Минус. – Мы уже с вами где-то встречались. Я рад видеть вас снова.

Антон не стал ему напоминать, при каких обстоятельствах они встречались. Не очень-то эта история с Тришкиным кроликом говорила в пользу Минуса. К тому же свою радость он выражал каким-то противным голосом. Что именно было противно, Антон не мог бы сказать. Но – было, это точно.

– А я знаю, в чём состоит ваша трудность. Вы потеряли солдатика? Правильно?

– Правильно, – подтвердил Антон. И даже обрадовался. Может, сейчас что-нибудь выяснится.

– Ну так вот. Я знаю и ещё кое-что.

Минус хитро посмотрел на Антона.

– Мне известно, – продолжал он, – что девочка исчезла.

– Где она? – спросил Антон.

– Там же, где и солдатик, – сказал Минус.

– Так пошли туда скорее! – воскликнул Антон. – Алька хоть и не трусиха, а всё-таки девчонка!

– С удовольствием вас туда провожу, – сказал Минус. – И имейте в виду – я не отнимал солдатика. И более того – девочку тоже я у вас не отнимал. Есть тут некоторые, которые любят всё аннулировать. Я бы серьёзно обсудил этот вариант. Да-да. Я бы советовал поразмыслить.

Минус шагал в сторону елового леса. Антон старался от него не отставать, хотя идти за Минусом ему не хотелось. Однако не было другого выхода: вдруг он всё-таки узнает, где Аля и где солдатик.

Минус свернул с тропы, стал пробираться куда-то в самую глубь еловых зарослей.

– Куда мы идём? – спросил Антон. «Зачем бы Алька забралась в такие дебри? – думал он. – Что всё это значит? Что-то тут не так. Но вот – что?»

Вдруг Минус остановился и крикнул:

– Ко мне, гуси-лебеди, исполняйте, что обещали!

Послышался гогот, шум крыльев, и откуда-то из-за облаков опустилась целая гусиная стая. Гуси были как гуси, только не белые, не серые, а красные. Они окружили Антона плотным кольцом.

– Кыш! – закричал на них Антон. – Вы что?! Дайте пройти, отстаньте от меня!

Но гуси только гоготали, вытягивали шеи, шипели и на слова Антона не обращали никакого внимания. Антон даже слегка начал бояться.

– Минус! – крикнул он. – Куда ты меня привёл? Что за гуси? Где Аля?

– Где Аля – мне неизвестно. Это я просто так сказал, будто знаю. А вот где пехотинец – известно. Только я не скажу.

Антон от возмущения не нашёлся что ответить. Это было предательство. И оно Антона обескуражило.

– Стеречь и не выпускать, – скомандовал Минус гусям. – За это обещаю вам, что будете спокойно пастись во всех тетрадках первого класса «Б».

Потом он повернулся и ушёл.

Антон остался, замкнутый плотным гусиным кольцом. Положение было отчаянным. Антон приготовился закричать, чтобы кого-нибудь позвать на помощь, и вдруг увидел, как отмахиваясь от колючих еловых лап, к нему продирается Некто.

– Эй, это ты – Антон? – спросил этот Некто.

– Я.

– А я Плюс.

– Я не могу справиться с гусями, – сказал Антон. – Их на меня наслал Минус.

– Ах вот оно что! – рассердился Плюс. – До чего же паршивый у меня братец, просто ужас! Ничего, сейчас я из этих гусей сумму сделаю.

И тут произошло чудо. Плюс начал гусей просто… складывать…

– Два гуся, – говорил он, – и два гуся – в сумме четыре…

И как только он произнёс: «В сумме четыре», так сразу четыре гуся превратились в Четвёрку и с криком: «Мальчик опять плачет!» – Четвёрка убежала.

А Плюс продолжал свою работу.

– Два плюс два да плюс два – будет шесть.

При этих словах целых шесть гусей превратились в Шестёрку, и она быстренько, встав на руки и показав, что она может быть и Девяткой, тут